— Здравствуйте. — Начальник охраны поднял на него глаза, в которых мелькнула робкая надежда на лучшее. — Я Павленко, Сергей Ильич, майор в отставке, возглавляю здешнюю команду секьюрити. Можно пройти в мой кабинет, в комнате охраны у нас задержанный.

Дубинский уже знал, что неудачливого киллера схватили прямо на месте преступления — не без помощи мансуровских телохранителей, что в качестве улики имеется орудие покушения — нож. Он очень надеялся на то, что «незахватанный».

Кабинет Павленко, как выяснилось, располагался под лестничным пролетом: незаметная дверца вела в довольно просторную и уютную комнату с мягким, недорогим ковром на полу, неброским длинным диваном, встроенным в стену сейфом, столом и двумя стульями. Главное — никаких тебе дурацких зеркал!

— Игорь, — Дубинский задержался на пороге, повернувшись через плечо к Калине, — опросишь, как обычно, свидетелей, после чего задержанного берите под мышки и увозите. Сегодня я с ним общаться не буду. Да скажи фотографу, чтобы все положенные ракурсы отснимал в трех вариантах, а не как в прошлый раз. Ну ты все знаешь!

— Ладно, сам с этим отморозком поговорю. — Игорь вдруг хитро улыбнулся и подмигнул Владимиру Владимировичу: — Надеешься, кому-нибудь другому дельце достанется? И не мечтай! Ставлю сто баксов — тебе же и навесят!

— Типун тебе сам знаешь куда, — буркнул Дубинский. — Что у нас, следователей, что ли, мало? По-моему, вполне хватает…

— Так как насчет ста баксов?

— Пошел ты знаешь куда!

Дубинский захлопнул дверь, едва не прищемив Калине нос. Тот раскусил его совершенно точно: не всякое дело из тех, на которые приходится выезжать во время дежурства, с неизбежностью попадает затем к выезжавшему. Так что надежда отбояриться от этого, как ни верти, покушения теоретически существовала…

— Чаю или кофе хотите? — робко поинтересовался Павленко.